[VK док] Отчет по игре Стальной Алхимик Противостояние.docx

Отчёт, а скорее сумбурные воспоминания, полковника (на конец игры – генерала) Роя Мустанга (он же Огненный Алхимик, «полковник Росинант/Боливар/Першерон» (нужное подчеркнуть), «*лять, полковник!», «смелый, но не очень умный» и прочая-прочая). Для меня игра поделилась на три этапа - первая игровая ночь, день до выноса генштаба и он же, но после. Ночь была достаточно насыщена. Пришлось побегать с постоянно подгорающей пятой точкой по местам преступлений, в том числе незабвенной телефонной будке, где закончился подполковник Хьюз. К сожалению, на общем фоне эта потеря оказалась мало выделяющейся. Во время всего действа к армии и полиции неведомым образом «приклеилась» Мей Чан со своей черно-белой кошкой, оказав кучу раз посильную помощь. Обозначив основные направления поисков и копаний относительно свалившихся трудностей, все занялись своими делами. А полковник попёрся в кофейню, да. Там была встречена великолепная Инени Ярте, имевшая хорошо подвешенный язык, короткую память, кучу вкусных разговаривающих конфет, обширную биографию и неистребимое желание поделиться всей информацией, которую знает. А если не знает – то придумать и поделиться. Загрузив свой мозг очень важными и обязательно пригодящимися сведеньями, господа военные отчалили спать. На месте лейтенант Хавок обнаружил записку от Уинри и доблестно отправился ее искать. После его отбытия Рой успел раздеться, лечь спать, подождать, подумать, встать, одеться и отправиться на поиски подчиненного. Ибо обнаружить еще один, столь ценный для него, труп не было абсолютно никакого желания. Во время поисков встретил человека, внешне очень похожего на старшего Элрика. Он представился как ван Хоэнхайм и быстро убежал. Нашелся Хавок в кофейне вместе в Уинри, которая уже во второй раз спросила, что с братьями Элриками и что за фигня вообще происходит. Я бы тоже хотел знать, поэтому пришлось ответить четко и просто: и сопроводить ее домой к Ребекке, где она временно остановилась. Оказалось, что не только по игре, но и по жизни. После быстрой дележки спальных мест полковник, оказавшись на кушетке в гордом одиночестве, для проформы поворчал, но в целом был более чем доволен. Второй день начался с эпика. Уже приготовившись к тому, чтобы сидеть, вчитываться в ответы на запросы, отправленные вчера, и заниматься расследованиями дальше, полковник наткнулсяя на фюрера Кинга Брэдли, настойчиво предложившего посовещаться в кабинете Мустанга. В ходе разговора выясняется ВСЁ: про гомункулов с указанием их способностей и некоторых личностей, про Отца, про Ксеркс, про истинную природу самого фюрера, про жуткий и страшный план уничтожения Аместриса. Вероятно, где-то на этом моменте мои брови поселились в районе лба. А под конец было озвучено предложение, от которого полковник не мог отказаться – либо он смиряет жгучее желание занять место Брэдли на несколько лет и помогает разрушить планы Отца, либо одно из двух. Выбранный вариант очевиден. Некоторое время сознание Мустанга было замутнено, а из ступора его вывела «великолепная» новость - сын фюрера, Селим Брэдли, изволит вместе с Мей Чан прогуляться по городу, а призван охранять их покой герой Ишвара. Обрадовавшись обществу гомункула и перспективе охраны детского сада, полковник сопроводил подопечных в городской парк рядом с центральной площадью. И тут их ожидало целых два события – встреча с последствиями борьбы майора Армстронга с Исааком Мак Дуглом в виде раненного Алекса и вмороженного в ледяную стену рядового, и далее - схватка со Шрамом, который мимокрокодил, пока все участвовали в посиделках в кофейне и запивании-заедании стресса от увиденного. Доблестный лейтенант Хавок при попытке задержания Шрама словил пулю в пузо и, после нетрадиционных методов лечения Мей Чан, заслуженно отправился на больничную койку. Шрам сбежал через канализацию (ага, мы все ее любим), предварительно словив в лицо немного огненной алхимии. Ах да, пока проходили все пляски с бубном, Селим Брэдли куда-то подевался. Осознав полную и безнадежную грядущую жопу, Мустанг пригорюнился. Однако спасение пришло от Изуми Кёртис, обрадовавшей полковника грядущей встречей с ван Хоэнхаймом через 15 минут в кофейне. Решив, что пиздюли от начальства, в сравнении с чаем/кофе и перспективой новой информации, не такие уж и вкусные, Рой уселся на стул и стал ожидать дальнейшего развития событий. Прибыли братья Элрики, получили порцию словесных люлей, а позже опознали своего отца. Далее был семейный разговор за баррикадой в трущобах и уже известный сценарий «гомункулы-Отец-опасность» с дополнениями и финальным «я-философский-камень». С этого момента брови Мустанга прочно поселились в районе макушки, делая попытки переползти на затылок. Выползя из, ставшей уже родной, канализации (ведь именно туда папаша эвакуировал всех из трущоб), полковник попал под раздачу и был вызван с докладом к фюреру. Где-то тут заканчивается алхимия, однако заметили этот факт далеко не сразу. Очередное временное помутнение сознания окончилось при чтении приказа, полученного лично от фюрера. Теперь Мустанг не полковник, а целый генерал. Началось очередное совещание в расширенном составе, прерванное шумом из коридоров генштаба. Источником шума оказались гомункулы, которые экспроприировали фюрера для благого дела, умотали с ним в генштаб и рванули его за собой. С этого момента начинается финишная прямая (которая не совсем прямая). После обрушения генштаба общими усилиями были найдены руины кабинета фюрера, в них проведен обыск, найдены некоторые важные и не очень документы. Однако на, теперь уже генерала, накатила апатия. Начальство сгинуло хрен знает где и не известно, живо ли вообще. Ясного плана выползания из жопы нет. Все полимеры просраны. Мустанг немного загрустил. Ситуацию спас Хавок, на которого вышла Похоть и предложила встречу с целью продолжить дело фюрера и разрушить планы Отца. Естественно, Мустанг не мог пройти мимо такого шанса, уцепившись за него всеми руками и ногами. Игнорируя все сомнительные моменты. Несмотря на то, что у Хоэнхайма и компании был альтернативный план (в котором экс-полковник так же успел поучаствовать). Как говориться – «вижу цель – не вижу препятствий». Для реализации плана Ласт, Рой должен был совершить преобразование человека, встретиться с Истиной и каким-то (ИНТЕРЕСНО КАКИМ?!) образом все «починить». А так как ему рассказали, что пятый человек, необходимый для ритуала, был найден, то почему бы не рискнуть?! Хавок отправляется на рынок с известным всем списком ингредиентов. По его возвращении, Хоэнхайм сотоварищи и нервно оглядывающийся Мустанг закончили восстанавливать круг, который должен помешать Отцу воплотить свой план. Ребекка Каталина с полномочиями полковника и толпой солдат отсылается на улицы города с поставленной задачей «Начерти вот этот круг, сделанный армией добра. Только большой. Очень!». И она молодец, няшка и справилась. Подготовившись к преобразованию человека, начертив круг и взяв у Похоти алхимический камень, который являлся ее сердцем (спойлер - нет), Рой сделал свое черное дело. Хьюз не получился, или получился не Хьюз, хрен его знает. Но итогом стало появление глазиков и засасывание к Истине, где произошел редкий по своей шизофреничности диалог. Но то ли не так часто дебилы попадают к Истине, то ли по каким-то другим соображениям, но генерал оказался выплюнут куда-то в полной анатомической комплектности. Хотя без зрения, увы. А дальше был финал, был пафос и много-много бахов. И все это время Мустанг (как по игре, так и по жизни) не видел ровным счетом ничего, так что рассказать о финальном замесе не сможет. Зато генерал Армстронг, быстро сориентировавшись, обзавелась мощной буксируемой артиллерией, выступив в роли наводчика. Когда силы добра победили силы разума, Рой выслушал от женской половины своего отдела все, что о нем думают, и даже больше. Местами было стыдно, местами смешно и грустно одновременно. С помощью философского камня, оставшегося при Мустанге, ему вернули зрение. Открыв глаза, генерал увидел перед собой кучу озабоченных лиц и… призрак фюрера. Вспомнив о своем обещании потерпеть с занятием должности верховного главнокомандующего еще лет пять, этот великовозрастный дебил (см. предыдущую картинку) вместе с бестелесным фюрером поперся опять к Истине. Второй раз за несколько часов. (Даже не хочу думать о том, какие эпитеты неслись в мою сторону в тот момент). Это путешествие было гораздо проще, фюрер обрел тело еще на 24 года, а Мустанг пожертвовал своими навыками алхимии ради возвращения в целости. После был момент, который уставший вусмерть генерал, с застывшей в нервной ухмылке рожей, продолбал чуть более, чем полностью, хотя в обычной обстановке это было бы просто невозможно. Однако в последующем, как мне кажется, он наверстал упущенное не раз и даже не два…) Эпилог. Хоть Рой Мустанг и утратил свои способности к алхимии, он остается на государственной службе и продолжает служить на благо своей страны. Однако перед всем этим – как минимум два месяца реабилитации!